Продюсеры блокбастера «Ночной дозор» заключили договор с голливудской кинокомпанией «Fox» о международном прокате и создании ремейка, и двух сиквелов. Даже фантаст Сергей Лукьяненко, автор бестселлера, по которому снимается фильм, не мог предположить, что его герои так быстро заговорят на английском. А у режиссера Тимура Бекмамбетова вряд ли в ближайшие полтора-два года будет возможность насладиться какими-либо иными литературными произведениями, кроме трилогии об Иных: ему предстоит завершить два следующих «дозора» в России и снять англоязычный вариант в Голливуде.
— Тимур, расскажите, какие у Вас отношения с книгой?
Т. Б. — Очень близкие. Лет тридцать пять назад, в ту пору, когда моей любимой книжкой были «Приключения Незнайки и его друзей », к нам в Казахстан приехал в гости из Ленинграда студент Театрального института Валера Викторов. Он учился на постановочном факультете у Эдуарда Степановича Кочергина, а на каникулах читал Сартра. И, уезжая, оставил этот сборник пьес, просто забыл. Так что сразу после «Незнайки» я взялся за классика экзистенциализма. Конечно, ничего не понял, но было интересно. А с Валерием Викторовым мы потом сняли много рекламных роликов, он стал художником и «Ночного дозора».
— Фанаты Сергея Лукьяненко два года терпеливо ждали Вашего фильма, но почему, когда он вышел, именно в их рядах обнаружились самые непримиримые критики?
Т. Б. — Потому что невозможно сделать так, чтобы фильм слово в слово повторял книгу. Каждый диалог приходится полностью перестраивать, иначе он звучит неестественно. Одно дело — переворачивать страницы, возвращаясь к прочитанному тексту, обдумывая его, и совсем другое — слышать, как эти же слова произносят актеры. В кино оказалось все иначе — и сумрак не тот, и Гесер непохожий, и воронка неправильная. Если сценарий отличается от романа, то это задано требованиями драматургии и киноязыка — спецэффектами, ритмом, который я чувствую. Естественно, я, как любой режиссер, пытался «подмять» сценарий под себя.
— «Ночной дозор» — фэнтези, а у нас в России нет традиции снимать в этом жанре, как в Голливуде. Припоминается только «Вий» по Гоголю режиссера Ершова, очень давнее кино.
Т. Б. — Зато Сергей Лукьяненко разглядел в нашей обыденности и мистику, и чудеса, и сверхъестественное. Не даром же он — культовый писатель, автор бестселлеров. Но когда в первый раз открываешь его книгу, нет ощущения, что это какая-то уникальная литература. Это просто очень живой материал.
Что же касается жанров, то пусть о них говорят кинокритики. Мы снимали «историю про жизнь», и для нас было главное — чтобы получилась интересная история, от которой у зрителей захватывало бы дух, как положено в фэнтези. И если вообразить полку, куда поставить «Ночной дозор», то я бы поставил его между фильмами, снятыми по книжкам Гоголя и Кинга. Если бы зрители именно так воспринимали мои фильмы, я был бы очень рад.
— Правда ли, что в тот мир, о котором Вы снимаете кино, ступать интересно, но небезопасно? Были какие-то необычные происшествия в вашей жизни за то время, пока шли съемки?
Т. Б. — Пожалуй, самое необычное началось после 8 июля, когда «Ночной дозор» вышел на экраны. Его смотрели каждый день сотни тысяч человек, лишних билетов не было, плакаты с Костей Хабенским висели на главных улицах городов России и СНГ. У меня было ощущение нереальности. Вот это и была фантастика.
— Вы по образованию художник театра и кино. Что, не встретили режиссера, с которым хотелось бы работать, и потому снимаете сами?
Т. Б. — Все очень просто. Я не перестаю удивляться, когда зритель смеется в тех местах, где тебе было смешно, и сочувствует тому герою, которому сочувствовал ты. Это самое дорогое.

Источник: Буковед,Мария Васильева